Маленький городок славился на всю округу ткаными материями. Были они легкие, как ветерок, играющий с ветками ивы на речном берегу и тонкими, как шепот луговых трав. Узоры на тканях впитали в себя все краски закатного августовского неба, млечного пути, журчание рек, звон лесной чащи, запах свежего хлеба и смех городской ребятни. Ткали их три сестры, три ткачихи. Жили они в просторном доме, который находился рядом с городской ратушей. Каждое утро, выпив чая с молоком и съев хрустящий хлеб из соседней булочной, сестры садились к своим станкам и принимались за работу. Челноки с нитью мелькали в их руках, как стрижи в погоне за мошками над спокойной гладью реки. И так же бойко стрекотали языки говорливых ткачих. Судачили они обо всем, что происходило в городе. О том, какая сегодня погода, о новом платье жены нотариуса, живущей по соседству. Говорили о стрелке на часах городской башни, о вкусных окороках в лавке колбасника, о звезде, упавшей с ночного неба и повисшей в зарослях ежевики, о полуденном зное, о глупеньком соседском мальчике, пускавшем воздушного змея, словом обо всем, что видели и о чем толковали соседи, встретившись вечером у калитки. А тем временем слова, слетавшие с языков ткачих, вплетались в узоры на тканях. Эти узоры, то плавно текли и переливались красками топленого молока, то стремительно свивались в причудливые линии, как горные речки. Они наполнялись ночными разговорами звезд, которые нечаянно подслушали ткачихи, звоном башенных часов и многим другим, тем из чего была соткана жизнь маленького городка и его жителей.
Однажды, одна из сестер – ткачих села за работу в дурном расположении духа. Дело в том, что по дороге в булочную она встретила жену самого богатого горожанина. И та как-то косо посмотрела на нее из под своей новой шляпки. Пропуская челнок с нитью через стан, обиженная ткачиха рассказывала о шляпке, украшенной яблоками и гроздьями винограда, словно витрина в лавке зеленщика. Сестры рассерженной ткачихи подхватили разговор и стали вспоминать похожие встречи с женой богатого горожанина. Они припомнили все: и бархатное платье жены богача, которое ей совсем не шло, и надменный взгляд, и резкую походку. Ткачихи сравнивали ее с сушеной рыбой одетой в шелка и с сучковатым поленом с занозистым характером. А тем временем колкие обидные слова вплетались в узоры на их станках. Цвета на тканях становились тусклыми и мрачными, а линии острыми и спутанными. Но самое странное то, что ясное чистое небо городка затянули серые тучи. Солнечные лучи запутались в них и перестали греть землю. «Ну вот, и погода испортилась! – Сказала одна из ткачих. – Только этого не доставало!» Ее сестры тут же подхватили разговор о плохой погоде, о гадких серых тучах, о глупом солнце, решившем оставить весь город без своего тепла. Слова их становились все злее, узоры все спутаней, а
небо помрачнело от набухших обидой туч. «Ты погляди, сейчас гроза начнется! Затопит наши огороды! А ветер, не дай Бог, сломает все саженцы!»- возмущались сестры не прекращая ткать. Рисунок на ткани стал жестким и колким, краски померкли. Над городом бушевал ураган. Ветер срывал двери с петель. Град разбивал оконные стекла. Речка вышла из берегов и бурлила на каменных мостовых. Так продолжалось несколько дней. Небо стало низким и мрачным. Огромные разбухшие тучи цеплялись своими животами за крыши домов и рассержено метали молнии.
Испуганные горожане обратились за советом к мудрецу. Тот долго листал самую толстую книгу. Молчание его было тягостным. Потом он сказал:
” Нужно немедленно усадить ткачих за работу, но запретить им говорить. А глупенький мальчик пусть будет рядом и рассказывает свои истории великолепной Белиоме.”
Горожан удивил совет мудреца, но спорить они не стали. Ведь лавки, магазинчики , огороды и сады горожан затопила вышедшая из себя речка, а с неба лились потоки дождя. Ткачих посадили за работу, а Глупенький рассказывал свои истории о странных мирах, незнакомых планетах, звездах и подземных пещерах. Узоры, выходящие из-под рук ткачих, прислушались и замедлили свой ход, а тучи перестали ворчать, ведь им тоже хотелось услышать тихий разговор мальчика и его цветка. Глупенький рассказывал о дальних странствиях и тишине пустынь, о древних рыцарях и ветряных мельницах. Узоры ткачих стали светлеть, станки подпевать старинным забытым балладам, а морщины на тучах разгладились. Ветер свернулся в колачик у порога, убаюканный тихими песнями станка.
Весь день и всю ночь ткали ткачихи свои узоры, слушая шепот мальчика. А Глупенький рассказывал о таинственных рыбах, дремлющих на дне океана. О песнях звездной пыли, рассыпанной по небу. О первом луче солнца, запутавшемся в льняных волосах младенца.
Утро разбудило горожан звонким пеньем птиц. Ясное небо жмурило синие глаза от щекотавшего его солнышка. Речка вернулась в свои берега и ласково шепталась с камышами. Мостовые блестели, умытые прошедшим дождем. А тучки смиренно паслись на небосводе, как маленькие белые овечки.
А ткачихам так понравилось слушать загадочные истории, что с тех пор они каждый день приглашают Глупенького и его чудесный цветок на завтрак. А по вечерам, когда мальчику пора ложиться спать, они ткут тишину и покой, укрывая городок озерной дымкой.
Вы профессионал в экстремальном туризме? Камера GoPro 3 станет Вашим верным помощником в Ваших начинаниях. Эта камера способна снимать качественное видео в самых экстремальных условиях.
Не обученная ведьма - это страшная сила, а три ведьмы - в три раза страшнее. Силой надо управлять, иначе будет беда. А Глупенький, не такой уж глупенький, скорее всего он ведающий.